✍️ Текст А.Я. Бруштейн: «(1)Ещё не отгремели крики и аплодисменты, как становится ясно...»
(1)Слон опускается на колени, и старик из Бомбея, выйдя из домика, раскланивается с публикой. (2)Наверно, он индиец, иначе зачем бы ему забираться в город Бомбей? (3)Он не чёрный и не «фейолетовый» — он смугло-кофейного цвета и, по-моему, очень славный старичок. (4)Приложив к губам дудочку, он играет что-то протяжно-грустное, и слон медленно приплясывает в такт, осторожно переставляя огромные ноги. (5)Индиец всё ускоряет свою песенку, переводя её в весёлое звучание, и слон всё быстрее переступает ногами и поводит хоботом.
(6)Потом кофейный старичок воздевает руки к небу, из горла его льются гортанные звуки — похоже, что он молится. (7)И слон тоже поднимает вверх голову и хобот, но делает он это не очень охотно, и мне вспоминается, как фрейлейн Цецильхен по вечерам заставляла меня молиться: «День прошёл, иду ко сну, крепко глазки я сомкну…»
(8)— И какому же это он богу молится? — интересуется дама в шляпке.
(9)— Ну, «какому, какому»!.. — пожимает плечами акцизный чиновник.
(10)— Своему, конечно, басурманскому богу…
(11)Дрессировщик показывает всё новое искусство своего слона. (12)Слон бьёт в барабан, звонит в колокольчик, жонглирует стулом и проделывает ещё много других номеров. (13)Наконец кофейный старичок подходит к краю эстрадки и обращается к зрителям на ломаном русском языке, сильно наперчённом буквой «х». (14)Он просит, чтобы одна дама (он произносит «одхин дхама») — «не муж-ч-хин, нет, нет, — дхама, женчин», — чтобы женщина взошла на эстраду, и тогда слон скажет ей «один прекр-х-асный слов»…
(15)Лёгким движением смуглых рук дрессировщик делает приглашающий жест: — Сюда, сюда!.. (16)Один женчин!..
(17)Но проходит секунда, две, три — и ни одна «женчин» не выражает желания идти на эстраду. (18)Глаза индийского старика с кофейной кожей становятся грустные, испуганные, в них почти отчаяние. (19)Он беспомощно оглядывается. (20)Ведь срывается, срывается номер!
(21)— Один дама…(22)Один женчин… (23)Сюда!
(24)Это он просит упавшим голосом, почти тихо. (25)Мы с мамой стоим около самой эстрады. (26)И вдруг неожиданно для самой себя я говорю громко, протягивая руки: — Я… я пойду!
(27)Мама обомлела, она даже не успевает удержать меня хоть за рукав. (28)Старый индиец, просияв, поднимает меня под мышки на эстраду и ставит на стул: — Нич-х-его… (29)Мерси… (30)Не надо боисся…
(31)Он отдаёт короткий приказ слону и вкладывает ему что-то в хобот… (32)Слон опускается на передние колени — и протягивает ко мне хобот с букетиком весенних цветов.
(33)Публика аплодирует — ей понравилось.
(34)Старый индиец говорит мне с улыбкой: — Мой с-х-лон говорить: вы есть самый прек-х-расный дама!
(35)Надо что-то сказать ему — поблагодарить за цветы, — наконец, попрощаться, что ли. (36)Взрослые это умеют — мама бы сказала очень мило всё, что нужно… (37)Но я, конечно, этого не умею! (38)Я привстаю и от души целую его в щёку кофейного цвета.
(39)И, как всегда, когда волнуюсь, говорю одно вместо другого: не «спасибо за цветы», а «с добрым утром»!
(40)Публика смеётся и аплодирует.
(41)Слон и старик уходят с эстрады.
(42)Тут всеобщее внимание переключается на другое: лысый служитель объявляет, что сейчас знаменитая укротительница «мадмазель» Ирма войдёт в клетку и покажет высшую школу дрессировки хищных зверей. (43)В заключение чего «мадмазель» Ирма исполнит «смертный номер»: вложит свою голову в пасть льва Альфреда.
(44)Публика спешит к клеткам хищников, чтобы увидеть эти чудеса. (45)Около пустой эстрады остаёмся только мы с мамой, да Шабановы, да тот старенький дедушка с внучком, объяснявший маме, что такое «зеберь».
(46)— Леночка… — говорит маме потрясённая, перепуганная Серафима Павловна, — это же… (47)Дорогая моя, это же просто не знаю что! (48)Такая послушная, скромная девочка, и вдруг… (49)Это она в отца, Якова Ефимовича, такая отчаянная растёт!
(50)Рита пренебрежительно вздёргивают плечом: — Подумаешь, какая смелая! (51)Я бы тоже пошла на эстраду, но я этого паршивого слона ненавижу: он мою шляпку сжевал! (52)Не хочу иметь с ним дела!
(53)Зоя увлекает мать, тётю Женю и Риту к клеткам хищников: смотреть «смертный номер».
(54)Мама от волнения не может вымолвить ни слова. (55)Она только непрерывно расстёгивает и застёгивает пуговицу на своей левой перчатке.
(56)— Зачем ты это сделала? — спрашивает она наконец. (57)— Я чуть не умерла от страха! (58)Ну зачем ты это сделала?
(59)— Не знаю… — признаюсь я от души. (60)— Мамочка, не сердись… (61)Такой умный слон! (62)И старичок этот, индиец, стоит, просит: «Один дама… один женчин!», а никто не идёт к нему…
(63)Старичок в картузе, держа за руку внука, подходит к маме: — Вы, мадам, не огорчайтесь… (64)У вас неплохой ребёнок растёт! (65)Я, знаете, не учёный человек, но я — переплётчик, я читаю много книг, и я кое-что понимаю в жизни!
(66)Вот — все тут говорили: «эфиоп», «басурман», а кто его пожалел? (67)Ребёнок…
(68)— Дедушка-а-а… — ноет мальчугашка. (69)— Пойдём… (70)Там главный лев кому-то голову откусит! (71)Пойдём!
(72)Мы с мамой остались одни.
(73)— Я уже и не знаю — может, нам лучше домой пойти! (74)Ты ещё полезешь в клетку ко льву и будешь с ним целоваться…
(75)— Ой, нет, нет! (76)Я этих львов и тигров ужасно боюсь! (77)Идём смотреть…
(78)Клетка львов ярко освещена несколькими керосиновыми лампами. (79)В клетке появляется «мадмазель» Ирма. (80)Она одета в такой ослепительный костюм, что поначалу кажется мне самой прекрасной красавицей. (81)На голове её, на белокурых волосах, сверкает яркий султан из золотых нитей. (82)Всё её платье обшито блёстками, свет их дрожит и переливается. как река на солнце. (83)Только постепенно я начинаю прозревать, что укротительница не такая уж красавица, каких изображают на конфетных коробках.
(84)Под великолепно молодыми белокурыми волосами у неё староватое, в складках и морщинах лицо, жёлтое, как шафран! (85)Женщина, видимо, больна желтухой. (86)Из сильно открытого платья выглядывают тощие жёлтые-жёлтые ключицы, такого же цвета и руки, видные до плеч.
(87)— А и же-о-олтая же немка! — раздаётся в толпе.
(88)В руках укротительницы, сильных, мускулистых, хлыст, и она щёлкает им, словно стреляет. (89)Она не бьёт зверей, но, вероятно, они знают вкус этого хлыста, потому что недоверчиво и чуть боязливо косятся на него. (90)Выкрикивая какие-то непонятные короткие слова, вроде «Ап!», «Па!», укротительница заставляет хищников бегать вокруг неё, прыгать сквозь обруч. (91)Ни на одну секунду не спускает она с них глаз и ни на одну секунду не поворачивается к ним спиной. (92)Но бесстрашие её изумительно! (93)Она треплет косматые головы хищников, таскает их за хвосты, играет с ними, как с котятами.
(94)Наконец наступает «смертный номер»: сняв с головы золотой султан, укротительница обеими руками раскрывает страшную пасть льва Альфреда… (95)Сейчас она вложит в эту пасть свою бесшабашную голову!..
(96)Дальше я уже ничего не вижу: я закрываю глаза и прижимаю их к маминой руке.
(97)Я слышу, как в мёртвой тишине замирает вся публика — ни звука, ни слова, ни шороха!
(98)Затем, словно освободившись от тревоги, зрители аплодируют!
(99)— Не съел! — радостно кричит кто-то рядом с нами.
(100)Я открываю глаза. (101)«Смертный номер» окончен. (102)Сверкая снова надетым золотым султаном, кивая головой на жёлтой шее, укротительница, уже вышедшая из клетки, раскланивается с публикой.
(103)— Мама… — шепчу я. (104)— Как это было? (105)Я ведь не видела… (106)Я, знаешь, закрыла глаза…
(107)Это я говорю с чувством виноватости: всё-таки я трусиха!
(108)— Как это было, мамочка?
(109)И мама отвечает мне шёпотом: — Не знаю. (110)Я тоже закрыла глаза…
(111)Когда мы выходим из зверинца, позади нас — певучий женский голос: — Ну станет лев этакие жёлтые кости глотать, когда ему только что перед тем мало мало что не десять фунтов мяса отвалили. (112)И какого мяса! (113)Кострец первый сорт!
(114)Домой мы приезжаем вместе с Шабановыми. (115)Они у нас обедают. (116)И Рита и Зоя отлично едят вместе со всеми, без гримас и капризов.
(117)— Леночка! — восхищается Серафима Павловна. (118)— Ты смотри, как мои девочки у тебя славно кушают! (119)Просто чудо!
(120)— Никакого чуда нет! — кричит папа из другой комнаты. (121)— Просто проголодались дети, и у них появился естественный аппетит… (122)Вы, Серафима Павловна, продержали бы их денёк на голодной диете, они бы у вас гвозди ели, без всякой горчицы!
(123)— Бог знает что вы говорите, Яков Ефимович! — смеётся и ужасается Серафима Павловна.
(124)Обед проходит весело и оживлённо. (125)Только я молчу, словно разучилась говорить. (126)Я молчу и думаю, думаю…
(127)— Пуговка! — снова кричит папа. (128)— Почему я твоего голоса не слышу?
(129)— Не трогайте её, Яков Ефимович! (130)— И Серафима Павловна ласково гладит меня своей тёплой, толстой рукой. (131)— Она всё-таки, наверно, испугалась слона… (132)Да, Сашуня?
(133)Ну как мне объяснить, что я уже забыла думать и о слоне и о кофейном старичке из города Бомбея! (134)Все мои мысли, все мои восторги — с укротительницей львов и тигров. (135)Вот это смелость, вот это геройство! (136)Я уж не помню, какой на ней был попугайный наряд, как смешно и жалобно торчали её тощие, жёлтые ключицы. (137)Я думаю только о том, что никто из тех, кого я знаю, не полез бы в клетку к диким зверям, где одно лишь неловкое движение укротительницы — и смерть ей! (138)Укротительница Ирма кажется мне ослепительной, прекрасной героиней… (139)Мысли бегут у меня в голове быстрей, чем крупинки соли из солонки, которую я нечаянно опрокинула на колени Серафимы Павловны. (140)В моей душе зреют решения, от которых у меня самой замирает сердце… (141)Я не могу дождаться, когда кончится этот несносный обед!
(По А.Я. Бруштейн*)
* Александра Яковлевна Бруштейн (1884–1968) — русская советская писательница, драматург и автор воспоминаний.
💡 Как поступить по отношению к человеку, попавшему в затруднительное положение?
Проблема, поставленная Александрой Яковлевной Бруштейн, заключается в том, как следует поступать по отношению к человеку, оказавшемуся в затруднительном положении: проявить равнодушие, как большинство, или помочь, преодолев страх и неловкость.
Позиция автора состоит в убеждении, что человек должен откликаться на чужую беду, проявлять доброту и участие, не ожидая выгоды и не прячась за равнодушием толпы. Только так раскрывается подлинное человеческое достоинство.
Эта мысль раскрывается через два примера-иллюстрации.
Первый пример — эпизод, когда индиец, растерянный и смущённый, тщетно просит кого-то из публики выйти на сцену. Толпа, равнодушно наблюдающая за происходящим, остаётся безучастной: «проходит секунда, две, три — и ни одна “женчин” не выражает желания идти на эстраду». Глаза старика становятся «испуганные, в них почти отчаяние» — он беспомощен, а публика молчит. Этот момент показывает, как часто люди отступают, когда нужно проявить участие, стыдясь или боясь выйти из привычного круга зрителей.
Второй пример — поступок рассказчицы, девочки, которая решается выйти на эстраду, чтобы помочь старику. Её искренний порыв, простое желание поддержать человека вызывает уважение и умиление: она не боится чужого, «кофейного старичка», а видит в нём человека, нуждающегося в помощи. Именно её доброта спасает номер и возвращает старика к жизни и достоинству. Этот поступок — символ человеческого участия, чистоты и непосредственности.
Оба примера связаны противопоставлением безразличия взрослых и отзывчивости ребёнка. Бруштейн показывает, что истинное человечество живёт в сердце ребёнка, не знающего ещё страха осуждения. На фоне молчаливой толпы её героиня кажется лучиком добра и человечности.
Я согласен с позицией автора. В жизни часто встречаются ситуации, когда кто-то рядом нуждается в поддержке, но окружающие отводят взгляд. Быть человеком — значит не пройти мимо, протянуть руку помощи, даже если это требует смелости и решимости.
Пример-аргументом может служить рассказ Е.И. Носова «Живое пламя». Герой этого произведения, мальчик Колька, спасает от холода раненую птицу, проявляя сострадание и человечность. Его поступок, как и поступок девочки у Бруштейн, показывает, что добро начинается с простого — с умения заметить и помочь.
Таким образом, А.Я. Бруштейн утверждает, что настоящее человеколюбие проявляется не в словах, а в поступках. Тот, кто готов поддержать другого в трудную минуту, способен сделать мир немного добрее и теплее.
🧠 Разбор сочинения
Верно: Автор поднимает проблему человеческого участия и способности помочь тому, кто оказался в трудном положении.
Почему правильно: формулировка отражает суть конфликта текста — противостояние равнодушия толпы и искреннего поступка ребёнка.
Неверно: «Автор пишет о девочке и старике из Бомбея».
Почему неправильно: это пересказ содержания, без указания нравственно-философской проблемы.
Верно: Человек должен быть отзывчивым и не бояться прийти на помощь тому, кто в трудной ситуации, даже если остальные остаются равнодушными.
Почему правильно: позиция сформулирована в утвердительной форме, выражает нравственный смысл текста, соответствует гуманистическим идеалам автора.
Неверно: «Автор считает, что нельзя бояться животных».
Почему неправильно: частная деталь сюжета подменяет основную идею — речь идёт не о страхе, а о человеческом отношении к другому.
Верно: Индиец, растерянный и смущённый, тщетно просит кого-нибудь из публики выйти на эстраду. Никто не откликается, и в глазах старика появляется «почти отчаяние». Этот эпизод показывает равнодушие толпы, неспособность взрослых проявить простое сочувствие.
Почему правильно: выбран ключевой момент, показано, как через поведение людей раскрывается моральная ситуация.
Неверно: «Все люди испугались слона».
Почему неправильно: не передан смысл эпизода — важно не то, что боялись, а то, что не захотели помочь.
Верно: Девочка решается выйти на сцену и поддерживает дрессировщика, взяв на себя ответственность перед толпой. Её поступок наполнен добротой и внутренней смелостью: она помогает человеку, которого остальные оставили в одиночестве.
Почему правильно: пример не просто пересказан, а истолкован как проявление человечности.
Неверно: «Девочка пошла на сцену, потому что ей хотелось цветов».
Почему неправильно: искажена мотивация героя; поступок не из любопытства, а из сострадания.
Верно: Оба примера соединены противопоставлением равнодушной толпы и сострадательного поступка ребёнка. Автор показывает, что человечность чаще всего живёт в чистом сердце ребёнка, а не в расчетливых взрослых.
Почему правильно: выделено смысловое единство — от бездействия к действию, от холодности к доброте.
Неверно: «Оба примера про цирк и животных».
Почему неправильно: связь установлена по формальному признаку, а не по нравственному содержанию.
Верно: Я согласен с автором: надо помогать людям, оказавшимся в трудной ситуации, даже если окружающие безразличны. Добро не требует громких слов — оно проявляется в поступках.
Почему правильно: выражено личное отношение, сформулировано ясно и опирается на моральную идею произведения.
Неверно: «Мне тоже жалко старика, потому что он смешной».
Почему неправильно: эмоциональная реакция без осмысления; не выражено нравственное суждение.
Верно: В рассказе Е.И. Носова «Живое пламя» мальчик проявляет ту же человечность, спасая замерзающую птицу. Этот поступок, как и действия героини Бруштейн, выражает отзывчивость и внутреннюю доброту.
Почему правильно: аргумент соответствует теме, содержит нравственный параллелизм с исходным текстом.
Неверно: «Я видел в фильме, как мальчик спас кошку».
Почему неправильно: ссылка на киноматериал не засчитывается по критериям ФИПИ; пример должен быть литературным или жизненным.
Сочинение соответствует всем требованиям задания 27 ЕГЭ: чётко обозначена проблема, логично выражена позиция автора, приведены два примера-иллюстрации с пояснениями и смысловой связью, сформулировано личное мнение и приведён убедительный аргумент из литературы. Такой ответ можно оценить на максимальный балл по всем критериям (К1–К5).
Пушкина Елена Александровна
Смотри также: